Октябрьская
Карта проезда
Октябрьская Карта проезда
Коньково Карта проезда
Заказать обратный звонок

Роль магния в жизни женщины


03 04 2017

кпапакппкп.jpeg


     Магний — один из важнейших микроэлементов, занимающий второе место по содержанию в клетке после калия. Биологическая роль магния многогранна, поскольку он является важнейшим элементом многих биохимических процессов, таких как стабилизация ДНК в процессах митоза и мейоза, активизация более 300 ферментов: креатинкиназы, аденилатциклазы, фосфофруктокиназы, К-Na-АТФазы, ферментов белкового синтеза, гликолиза, трансмембранного транспорта ионов. Магний принимает активное участие в процессе нервно-мышечной возбудимости и влияет на процессы терморегуляции организма [1].


     Магний незаменим в углеводном, белковом и липидном обмене, синтезе нуклеиновых кислот, в организме человека существует не менее 500 магний-зависимых белков. Он участвует в поддержании нормальной функции нервной и сердечно-сосудистой систем, особая роль отведена магнию в процессах мембранного транспорта ионов кальция и натрия в электровозбудимых тканях, а его дефицит приводит к дестабилизации мембран. Влияние магния на сердечно-сосудистую систему двояко: участие в процессе свертывания крови как антитромботического фактора и непосредственное влияние на сердечную мышцу, поскольку он является мощным вазодилататором, стабилизируя работу кальциевых каналов и ритм сокращений миокарда [2, 3].


     Магний является физиологическим антагонистом кальция, конкурируя с ним на клеточной мембране и принимая участие в расслаблении мышечных волокон. Известна роль магния в остеогенезе, поскольку он поддерживает нормальный уровень кальция в костях, способствует обновлению кальция в них, препятствует потерям кальция и крайне необходим для стабилизации энергетических процессов в костной ткани [4, 5].


     Установлено, что некоторые белки в остеогенезе являются магний-зависимыми, связывают факторы роста фибробластов и запускают начальный внутриклеточный сигнал, синтез сигнальной молекулы фосфатидилинозитол трифосфата. Следовательно, магний не только поддерживает стабильность кальция в кости, но и как самостоятельный микроэлемент обеспечивает остеогенез и способствует физиологической крепости костной ткани [6].


     Наиболее важные причины дефицита магния:


  1. Сниженное потребление магния: пониженное содержание в «цивилизованной пище», диетические курсы, алкоголизм, парентеральное питание с низким содержанием Mg.
  2. Сниженная кишечная резорбция: продолжительная диарея, синдром нарушения всасывания, воспалительные энтеропатии, состояние после резекции кишечника, сниженная резорбция из-за высокого потребления кальция, пищи, богатой белками, высокого содержания жира в пище, большого количества алкоголя.
  3. Повышенная потребность в магнии: беременность и кормление грудью, повышенная физическая активность (потоотделение), период роста, период выздоровления, стресс.
  4. Повышенное выведение магния: желудочно-кишечные расстройства — рвота, продолжительная диарея, злоупотребление слабительными средствами; почечные заболевания — нефротический синдром, синдром Бартера, ренальная потеря солей, почечный ацидоз; хронический алкоголизм, сахарный диабет, диуретическая и цитостатическая терапия, противотуберкулезные препараты.
  5. Эндокринные нарушения: гипертиреоидизм, гиперпаратиреоидизм.

 

    В последние годы в мире увеличивается частота выявления магний-дефицитных состояний среди лиц с различными патологическими заболеваниями и состояниями, что доказывает его связь с широким спектром заболеваний и патологических состояний, ассоциирующихся с эндотелиальной дисфункцией, нарушением апоптоза, метаболическим и гипертензивным синдромами, патологией соединительной ткани, беременностью, предменструальным и климактерическим синдромом, проблемами иммунитета [2, 7–10].


     По международной классификации болезней (МКБ-10) диагноз «недостаточность магния» кодируется как Е61.3.


Значимые нарушения в органах и системах при дефиците магния


     Клинические проявления дефицита магния затрагивают практически все органы и системы. При выраженном магниевом дефиците происходит нарушение сердечного ритма с развитием аритмий, нарушение свертывающей системы крови, увеличение уровня холестерина в крови и ускорение прогрессирования атеросклероза, головные боли, снижение умственной работоспособности, возникновение раздражительности и депрессии, повышается риск бронхоспастических состояний, усугубляется остеопороз, нарушается функция иммунной системы, прогрессирует мочекаменная болезнь [11–14]. Недостаток магния в организме приводит к состоянию повышенной нервной возбудимости клетки, а мышечные клетки, испытывающие нарушения деполяризации, претерпевают избыточность процессов сокращения по отношению к процессам расслабления [15–17].


Роль магния во время беременности


     Во время беременности потребность в магнии увеличивается в 2–3 раза, что обусловлено увеличением массы матки от 100 до 1000 г, молочных желез, общей массы крови из-за роста количества эритроцитов на 20–30%, высоким уровнем эстрогенов и повышением уровня альдостерона [2, 18–22].


     Достаточная обеспеченность организма матери этим важным элементом создает основу для полноценного вынашивания плода и рождения здорового ребенка [6, 23]. Плацента характеризуется одним из самых высоких уровней содержания магния, она синтезирует более 150 белков и гормонов, из которых 70% — магнийзависимые. Потребность организма беременной женщины в магнии нередко превышает его поступление, и данное обстоятельство позволяет рассматривать беременность как физиологическую модель гипомагниемии [21, 24, 25].


     Дефицит магния во время беременности может вызывать нежелательные последствия как со стороны матери, так и со стороны плода: нарушение имплантации эмбриона, кальциноз плаценты (следствие нарушения обмена кальция в условиях дефицита магния), длительная угроза прерывания беременности, преждевременные роды, слабость родовой деятельности, нарушения раскрытия шейки матки и периода изгнания в родах, симфизиопатия и симфизит, преэклампсия и эклампсия [12, 16, 23, 26]. К наиболее распространенным проявлениям дефицита магния при беременности относятся судороги икроножных мышц, дрожь, писчий спазм, повышенный тонус матки, артериальная гипертония [2, 17, 23, 27].


     Использование неорганических солей магния для пролонгирования беременности и в комплексной терапии преэклампсии хорошо изучено. Однако их применение может проявляться рядом серьезных и грозных осложнений, таких как приливы жара, тошнота, головная боль, урежение сердцебиения, острое повреждение мозга у новорожденных [23, 27, 28]. Неорганические соли и оксид магния плохо всасываются в желудочно-кишечном тракте и вызывают диспепсию [18, 29].


     В последнее время препаратами выбора для лечения хронического дефицита магния и долговременной профилактики осложнений беременности являются органические соли магния для перорального приема, которые лучше усваиваются, легче переносятся больными и дают меньше нежелательных лекарственных реакций со стороны желудочно-кишечного тракта [4, 21, 30, 31].


     Одним из перспективных и наиболее удачных препаратов, применяемых в лечении и профилактике дефицита магния и угрозы преждевременных родов, является препарат органической соли магния, в состав которого входят 32,8 мг элементарного магния или 500 мг оротата магния [32]. Оротовая кислота, входящая в состав препарата, является посредником в биосинтезе пиримидинов, синтезе гликогена и аденозинтрифосфата. Эффективность магния возрастает при использовании его с так называемыми магнезиофиксаторами. Оротовая кислота в зарубежной литературе классифицируется как «Mg-fixing agent», которая способствует транспорту ионов Mg2+ внутрь клетки [3, 27, 31, 34].


     Оротат магния назначается по 2 таблетки 3 раза в день в течение 7 дней, затем — по 1 таблетке 2–3 раза в день. Продолжительность курса не менее 4–6 недель [14, 32].


Место магния в лечении гинекологических заболеваний


     Препараты магния нашли свое широкое применение в терапии различной гинекологической патологии: предменструального синдрома с преобладанием психоэмоционального напряжения (депрессия, раздражительность, отеки, болезненность и ощущение нагрубания молочных желез) [11]. Продолжительность терапии должна составлять не менее 2–3 менструальных циклов и может быть продолжена в течение значительно большего времени [1].


     Учитывая, что магнийдефицитное состояние сопровождается повышенной продукцией провоспалительных цитокинов (ИЛ-2, ИЛ-4, ИЛ-5, ИЛ-6, ИЛ-10, ИЛ-12, ИЛ-13, ФНО-α), включение препаратов магния в комплексную терапию воспалительных заболеваний половых органов является весьма обоснованным [35–37].


     Дефицит магния в организме приводит к снижению активности гиалуронсинтетаз, повышению активности гиалуронидаз, что ведет к нарушению метаболизма гелеобразной среды внеклеточной матрицы, ускоренному старению фибробластов, замедлению синтеза коллагеновых и эластиновых волокон и ухудшению механических характеристик ткани [1, 27, 38, 39]. Включение препаратов магния в комплекс лечебных мероприятий патогенетически показано пациенткам с пролапсами гениталий, особенно в профилактике рецидивов после оперативного вмешательства [26, 40, 41].


     Одной из наиболее частых причин нарушений менструальной и репродуктивной функций на фоне прогрессирующего ожирения является метаболический синдром, частным проявлением которого является синдром поликистозных яичников [12, 42, 43]. Пациентки с метаболическим синдромом имеют нарушения менструального цикла по типу гипоменструального синдрома вплоть до аменореи, бесплодие, невынашивание беременности, избыточное оволосение, ожирение [27].


     Известно, что магний требуется для адекватного использования глюкозы и передачи сигналов инсулину. Выраженность проявлений метаболического синдрома, в т. ч. уровень инсулина, обратно пропорциональна уровню потребления магния с пищей. Инсулиннезависимый сахарный диабет является результатом долговременных нарушений метаболизма, неразрывно связанных с хроническим дефицитом магния. Уровень магния в сыворотке крови у женщин с диабетом отрицательно коррелирует с содержанием липидов в крови и жировой массой пациентки [44, 45].


     На более ранних этапах формирования этих нарушений у пациентов часто формируется астения, усугубляющая уже имеющиеся метаболические нарушения [12, 27]. Гипомагниемия ухудшает процессы метаболизма, создавая условия для формирования клинически выраженного метаболического синдрома [30, 36]. Основополагающим в лечении пациенток с метаболическим синдромом являются диетические мероприятия. Для подбора диеты таким пациенткам необходимо учитывать количественное содержание магния в продуктах питания и его биодоступность [13, 46, 47]. Однако для коррекции глубокого магниевого дефицита недостаточно лишь диетических мероприятий, возникает необходимость применения препаратов магния, например его органического соединения оротата магния. Преимущества оротата магния перед другими препаратами магния заключаются в его удобной таблетированной форме, что позволяет легко менять дозировку препарата при необходимости. Кроме того, оротат магния безопасен в терапевтических дозах и у него практически отсутствуют нежелательные лекарственные реакции [4, 32].


     В последние годы установлено, что симптомы климактерического синдрома схожи с симптомами магниевой недостаточности: приливы и ночная потливость, чувство давления в голове и теле, мышечные и суставные боли, парестезии, головные боли, головокружения и обморочные состояния, затруднения дыхания, потеря чувствительности в стопах и в кистях рук. Все это обосновывает необходимость магниевой дотации в этом периоде жизни женщины. Безусловно, следует помнить и о возможности развития остеопороза, известно о влиянии препаратов магния на поддержку нормального функционирования костной ткани, поддержку минеральной плотности кости, поскольку магний сохраняет ту матрицу, на которую будет ложиться кальций [6, 13, 24, 48].


     Таким образом, проблема дефицита магния в акушерстве и гинекологии крайне актуальна. Хронический дефицит магния, нередко приводящий к серьезным осложнениям беременности, может и должен быть компенсирован пероральным приемом препаратов магния. Применение пероральных препаратов магния корректирует дефицит магния у беременных, снижает вероятность угрозы прерывания беременности и эклампсии, профилактирует развитие гестационного диабета и ожирения. Оротат магния также необходимо включать в комплекс лечебных мероприятий пациенток с метаболическим синдромом, синдромом поликистозных яичников, дисплазией соединительной ткани, предменструальным и климактерическим синдромами.


     Учитывая необходимость длительного приема препарата, важен факт безопасности и высокой биодоступности содержащегося в нем магния, всем этим требованиям в полной мере соответствует оротат магния.


     Определение оптимальных путей коррекции дефицита магния и активной профилактики осложнений магнийдефицитных состояний остается важной задачей акушерства и гинекологии.


Литература


  1. Спасов А. А. Магний в медицинской практике. Волгоград, 2000. 272 с.
  2. Громова О. А., Серов В. Н., Торшин И. Ю. Магний в акушерстве и гинекологии: история применения и современные взгляды // Трудный пациент. 2008. № 8. С. 10–15.
  3. Barbagallo M., Belvedere M., Dominguez L. J. Magnesium homeostasis and aging // Magnes. Res. 2009. Vol. 22. № 4. P. 235–246.
  4. Лечение оротатом магния. Научный обзор. М.: Медпрактика-М, 2003. 28 с.
  5. Mazur A., Maier J. A., Rock E. et al. Magnesium and the inflammatory response: potential physiopathological implications // Arch Biochem Biophys. 2007; 458 (1): 48–56.
  6. Торшин И. Ю., Громова О. А. Дисплазия соединительной ткани, клеточная биология и молекулярные механизмы воздействия магния // РМЖ. 2008. Т. 16. № 4. С. 230–238.
  7. Classen H. G. Magnesium orotate-experimental and clinical evidence // Rom. J. Intern. Med. 2004. Vol. 42 (3). P. 491–501.
  8. Killilea D. W., Maier J. A. M. A connection between magnesium deficiency and aging: new insights from cellular studies // Magnesium Research. 2008. № 21 (2). Р. 77–82.
  9. Durlach J., Pages N., Bac P. et al. Magnesium deficit and sudden infant death syndrome (SIDS): SIDS due to magnesium deficiency and SIDS due to various forms of magnesium depletion: possible importance of the chronopathological form // Magnes. Res. 2002. Vol. 15 (3–4). P. 269–278.
  10. Guerrero-Romero F., Rodriguez-Moran M. Hypomagnesemia, oxidative stress, inflammation, and metabolic syndrome // Diabetes Metab. Res. Rev. 2006. Vol. 22 (6). P. 471–476.
  11. Буданов П. В. Лечение предменструального синдрома: современные представления и перспективы // Трудный пациент. 2012. № 10. № 2–3. С. 34–37.
  12. Кошелева Н. Г., Аржанова О. Н., Плужникова Т. А. Невынашивание беременности: этиопатогенез, диагностика, клиника и лечение. СПб, 2003. 70 с.
  13. Недогода С. В. Роль препаратов магния в ведении пациентов терапевтического профиля // Лечащий Врач. 2009. № 6. С. 16–19.
  14. Мубаракшина О. А. Особенности применения препаратов магния беременными женщинами // Фарматека. 2013. № 18. С. 2–5.
  15. Торшин И. Ю., Громова О. А. Механизмы антистрессового и антидепрессивного действия магния и пиридоксина // Журнал неврологии и психиатрии им. С. С. Корсакова. 2009; 109 (11): 107–111.
  16. Чекман И. С., Горчакова Н. А., Николай С. Л. Магний в медицине. Кишинев. 101 с.
  17. Gunther T. The biochemical function of Mg 2+ in insulin secretion, insulin signal transduction and insulin resistance // Magnes. Res. 2010. № 23 (1). Р. 5–18.
  18. Серов В. Н., Керимкулова Н. В., Торшин И. Ю., Громова О. А. Зарубежный и российский опыт применения магния в акушерстве и гинекологии. Доказательные исследования // Вопросы гинекологии, акушерства и перинатологии. 2012; 11 (4): 62–72.
  19. Буданов П. В. Актуальные проблемы невынашивания беременности на фоне дефицита магния // Гинекология. 2010. 5 (1): 28–32.
  20. Кошелева Н. Г., Аржанова О. Н., Плужникова Т. А. Невынашивание беременности: этиопатогенез, диагностика, клиника и лечение. СПб, 2003. 70 с.
  21. Young G. L., Jewell D. Interventions for leg cramps in pregnancy // Cochrane Database Syst. Rev. 2002 (1).
  22. Дадак К. Дефицит магния в акушерстве и гинекологии // Акушерство, гинекология и репродукция. 2013; 2: 6–14.
  23. Громова О. А. Витамины и микроэлементы при беременности и у кормящих матерей. Клиническая фармакология. Обучающие программы ЮНЕСКО. Под ред. В. М. Сидельниковой. М., 2006. 58 с.
  24. Серов В. Н., Блинов Д. В., Зимовина У. В., Джобава Э. М. Результаты исследования распространеннности дефицита магния у беременных // Акушерство и гинекология. 2014; 6: 33–39.
  25. Торшин И. Ю., Рудаков К. В., Тетруашвили Н. К. и др. Магний, пиридоксин и тромбофилия беременных: молекулярные механизмы и доказательная медицина // Российский вестник акушера-гинеколога. 2010. № 4. С. 67–71.
  26. Тетруашвили Н. К., Сидельникова В. М. Восполнение дефицита магния в комплексной терапии пациенток с угрозой прерывания беременности // Трудный пациент. 2005. Т. 3. № 2. С. 20–23.
  27. Cohen L., Bittermann H., Grenadier E. et al. Idiopathic magnesium deficiency in mitral valve prolapse // Am J Cardiol. 1986; 57: 486–487.
  28. Цаллагова Е. В. Магний: перспективы женского и детского здоровья // Фарматека. 2013. № 18. С. 6–8.
  29. Чушков Ю. В. Современные возможности коррекции дефицита магния в акушерстве // РМЖ. 2012. № 17. С. 867–873.
  30. Мубаракшина О. А. Современные подходы к применению препаратов магния у беременных женщин // Акушерство и гинекология. 2012. № 5. С. 109–112.
  31. Coudray C., Rambeau М., Feillecct-Coudray C. et al. Study of magnesium bioavailability from ten organic and inorganic Mg salts in Mg–depleted rats using a stable isotope approach // Magnes. Res. 2005. Vol. 18 (4). P. 215–223.
  32. Применение Магнерота в акушерской практике: инструктивное письмо Российского общества акушеров-гинекологов для врачей общей практики № 97 от 09.06.2006 г.
  33. Rosanoff A. Magnesium and hypertension // Clin. Calcium. 2005. № 15. Р. 255–260.
  34. Мубаракшина О. А. Особенности применения препаратов магния беременными женщинами // Фарматека. 2013. № 18. С. 2–5.
  35. Kenji Ueshima. Magnesium and ischemic heart disease: a review of epidemiological, experimental, and clinical evidences // Magnes. Res. 2005. № 18 (4). Р. 275–284.
  36. King D. E. Inflammation and elevation of C-reactive protein: does magnesium play a key role? // Magnes. Res. 2009. № 22 (2). Р. 57–59.
  37. Tam M., Gomez S., Gonzalez-Gross M. et al. Possible roles of magnesium on the immune system // Europ J Clin Nut. 2003; 57: 1193–1197.
  38. Bussiere F. I., Mazur A., Fauquert J. L. et al. High magnesium concentration in vitro decreases human leukocyte activation // Magnes Res. 2002; 15: 43–48.
  39. Mittendorf R., Dammann O., Lee K. S. Brain lesions in newborns exposed to high-dose magnesium sulfate during preterm labor // J. Perinatol. 2006. Vol. 26 (1). P. 57–63.
  40. Керимкулова Н. В., Никифорова Н. В., Владимирова И. С. и др. Влияние недифференцированной дисплазии соединительной ткани на исходы беременности и родов. Комплексное обследование беременных с дисплазией соединительной ткани с использованием методов интеллектуального анализа данных // Земский врач. 2013. № 2. С. 34–38.
  41. Schimatschek H. F., Rempis R. Prevalence of hypomagnesemia in an unselected German population of 16,000 individuals // Magnes Res. 2001; 14: 283–290.
  42. Song Y., Ridker P. M., Manson J. E. et al. Magnesium intake, C-reactive protein, and the prevalence of metabolic syndrome in middle-aged and older U. S. women // Diabetes Care. 2005; 28: 1438–1444.
  43. Громова О. А., Лиманова О. А., Гоголева И. В. Анализ взаимосвязи между обеспеченностью магнием и риском соматических заболеваний у россиянок 18–45 лет методами интеллектуального анализа данных // Эффективная фармакотерапия. 2014. № 23. С. 60–73.
  44. Фофанова И. Ю. Дефицит магния и его связь с акушерской патологией // Медицинский совет. 2013. № 5. С. 34–41.
  45. Rodriguez-Moran M., Guerrero-Romero F. Serum magnesium and C-reactive protein levels // Arch Dis Child. 2008; 93 (8): 676–680.
  46. Виноградов А. П. Химический элементный состав организмов и периодическая система Д. Н. Менделеева. Трубы биохим. лаб. АН СССР, 1935. Вып. 3. С. 3–30.
  47. Rayssiguier Y., Mazur A. Magnesium and inflammation: lessons from animal models // Clin Calcium. 2005; 15 (2): 245–248.

Возврат к списку

Высокотехнологичные исследования
Обратный звонок
Результаты анализов